Прогулка в прошлое
Приглашаю вернуться в прошлое нашего города и вместе с легендарным библиотекарем Надеждой Анатольевной Капитоновой, которая прожила в Челябинске 71 год, прогуляться по улочкам Челябинска начала 1950-х и взглянуть как менялся наш город.
Итак, слово Надежде Анатольевне Капитоновой.
Закончен институт. Распределение. Три года надо отработать там, куда пошлют. может быть потому, что я была старостой, мне разрешили выбирать из нескольких городов. И послали на заведывание абонементом (та ещё руководящая должность!) в центральную детскую библиотеку им. В. Маяковского в Челябинск. Почему я выбрала Челябинск? Большой город (об экологии тогда ещё никто не знал). Природа. После Караганды и Балхаша уральская природа, которую я видела из окна вагона, просто потрясала. Почему-то я думала, что горы совсем рядом с Челябинском. Ошиблась. Но никогда не пожалела, что выбрала Челябинск.
В Челябинск я приехала в 14 августа 1953 года вместе с подружкой (она была из Катав-Ивановска), с которой вместе училась в институте. Нам дали комнатку при библиотеке.
Первое впечатление о городе после Москвы: странный город, центр старый, в основном деревянный. А вокруг ещё «города», более современные: ЧМЗ, ЧТЗ, Ленинский район. Так распорядилась история, вокруг небольшого Челябинска строились гигантские заводы со своим населением, Дворцами культуры.
…Челябинск тех времен был в моих глазах деревней.
Вид от «Юности» в сторону улицы Кирова, 1960-е годы. Фото Г. Берзина, из фондов Государственного исторического музея Южного Урала
Мои впечатление подтвердил Фадеев, письма которого я читала и о котором в свое время написала статью. Фадеев имел отношение к Челябинску. Он работал на Смолино на обкомовских дачах, выходил в город, и ему очень понравился наш парк.
Посмотрев на Челябинск в первый раз, он сказал: «Очень странный город. Центр старый, и много вокруг «городков» новых со всеми атрибутами городскими. Например, ЧМЗ — свой дворец культуры, своя больница. ЧТЗ — полный набор. То есть это городки. КБС». То есть он понял, что город окружен городками, но сам не соединен с ними, везде между всем этим были пустыри. Никаких, конечно, не было разговоров о том, что будет северо-запад, северо-восток.
Фадеева я видела вживую, но не в Москве (куда ежегодно как зав. абонементом ездила в командировки на совещания и где видела многих известных писателей — Барто, Кассиля и других), а в Челябинске. В 1954 году мы с Линой, с которой сюда приехали вместе, и которая заведовала читальным залом, пошли по Кирова по каким-то своим делам и встретили Фадеева. Не узнать его было невозможно: высокий, седой, с красноватым носом, но очень красивый, с умными глазами, очень хорошо одетый. Я говорю Лине: «Фадеев идет!» А она: «Не может быть!» И мы за ним, как дурочки, увязались. Он пошел на Главпочтамт — мы за ним. И только когда он стал заполнять правительственную телеграмму, Лина поверила, что это Фадеев. Фадеев выступал в нашей филармонии, и там долго висела мраморная мемориальная доска, которая потом исчезла.
Писатель Фадеев в Челябинске, 1954 г. Фото А.Г. Ходова из фонда ЦКНЧ
Сейчас город так разросся, что стерлись границы между отдельными заводскими городками. Сегодня трудно представить, но вместо огромного Северо-Запада были поля и маленький спортивный аэродром (сейчас улица Красного Урала). Не было Северо-Востока, не было Дворца спорта, Краеведческого музея, здания сегодняшнего железнодорожного вокзала, ЮРГУ, теплотехнического института, драматического театра, телевизионной башни...
А оперный театр тогда еще не был театром, он еще только освобождался от станков завода «Калибр». Тогда наша улица Труда была почти сплошь деревянной, да и проспект Ленина (в то время улица Спартака) еще строился, и там попадались деревянные дома.
Ул. Спартака (пр. Ленина)
В сентябре, в первый год моей жизни в Челябинске, было так тепло, что мы купались в Миассе. Я думала, вот что значит Южный Урал! Но зато зимой однажды ударил такой мороз, что было трудно добежать до ближайших магазинов на Кирова (на Труда магазинов не было, как и сейчас).
Центральная детская библиотека на Труда, 108. Большое одноэтажное деревянное здание на углу улиц Труда и Васенко. Если бы его не снесли, оно бы находилось как раз напротив входа в гостиницу «Малахит».
Здание Челябинской городской библиотеки для детей, 1957 г.
Дом, где наша библиотека находилась ещё с довоенных пор, стоит того, чтоб хоть немного, но рассказать его историю. Добротный дом (десять окон по фасаду) был построен в 1882 году для первого в Челябинске детского приюта на углу Оренбургской и Ивановской улиц (Васенко и Труда) «...для призрения детей бедных родителей и сирот обоего пола и всякого звания без различий вероисповедания.
Дети были с трёх до 16-17 лет. В 1909 году в приюте было 24 девочки и 14 мальчиков. С ними были смотрительница, надзирательница и учительница. Над приютом шефствовали такие меценаты, как братья Покровские, известный купец В. Колбин, писатель А. Туркин. Изображение приюта есть на открытках «Старый Челябинск». Я так подробно пишу о доме на Труда, 108 потому, что мне кажется знаменательным: дом строился для детей и служил детям больше 70 лет. После революции в этом здании была школа. В 1937 году здание отдали под центральную детскую библиотеку.
На торце дома, рядом с главным крыльцом была белая мраморная доска со словами: «Здесь 22 августа 1905 года состоялось нелегальное заседание партийного комитета, которым руководил Яков Михайлович Свердлов, и была конспиративная квартира Челябинского комитета РСДРП (большевиков)». А в доме была комната-музей, большей частью закрытая, где были какие-то бумаги и фотографии, связанные с революцией. Как в детском приюте могла быть конспиративная квартира, я плохо представляю.
У дома были четыре крыльца: главное – с торца дома, со стороны улицы Васенко для читателей. Два – в запущенный сад, где росли яблони ранетки. Потом мы варили варенье из этих яблочек размером с вишню. Одно добротное крыльцо вело в пристрой, где была комната, в которую поселили нас с Линой. (Потом эта комната станет нашим с мужем первым семейным домом). Большое окно комнаты смотрело бы на улицу Труда, если бы не мешал высокий забор и высокие ворота. Рядом был хозяйственный двор с большим каменным сараем для дров и угля и туалет. Из нашей комнаты можно было пройти через проходную комнату (книгохранилище) в кабинет заведующей, где был единственный телефон. Мы по вечерам и выходным тайно им пользовались.
Внутри дома высокие потолки, длинный широкий коридор, по сторонам комнаты. На юг, на улицу Труда смотрели окна двух читальных залов, на север несколько комнат: два маленьких абонемента, комната-музей и кабинет заведующей. В помещении восемь высоченных голландских печей, обитых чёрным железом.
Дом библиотеки, в котором мы жили, был капитальный, но без воды и отопления. Кухни тоже не было. Только одна комнатка и маленький коридорчик без окна, в котором стояла тумбочка, а на ней — керогаз. А у меня образовалась семья — муж, ребенок, потом второй ребенок. Всё крупное стирали в прачечных (у меня до сих пор есть простыни и полотенца с отметкой прачечной), а остальное в тазике. мылись в бане на Красноармейской. Удобства были далеко во дворе, в углу (там же сарай для угля и прочее). Это был тихий ужас. Но многие так жили. Казалось, так и должно быть. Как нам удавалось справляться с бытом, до сих пор удивляюсь. Печка. Вода из колонки, которая была через дорогу, там, где сейчас «Малахит», без канализации. Кухни нет, только в маленьких сенях без окна столик с керогазом.
Когда в 1980-е годы здание сносили, архитектор Мария Мочалова очень его жалела. При доме был запущенный сад.
Здание бывшего приюта (выделено рамкой) с прилегающей старой застройкой ул. Труда. 1980-е гг
...Сейчас сложно представить, что из себя в то время представляла улица Труда. Основные здания — филармония, оперный театр, который тогда был еще не театром, а заводом (оперным театром он стал только в 1956 году). По Труда не было ни одного магазина. Когда начались морозы, мы в платочках бежали на Кирова и заходили в магазины погреться. Первым на Кирова был магазин «Рыба». Начиная от филармонии, улица Труда была деревней. Это было море деревянных домов (только один был двухэтажный — ближе к Дворцу спорта). А напротив (где сейчас «Малахит») были двухэтажные, но тоже деревня. Было в ней ближе к улице Кирова только два значительных здания: школа No10 и Дом братьев Покровских в прошлом, в наше время там был геологический музей.
Между домом Шиховых и филармонией стоял двухэтажный дом с каменным низом и деревянным верхом (то ли почтовое отделение, то ли что-то связанное с почтой). До революции здесь было реальное училище, но до того, как был построен тот дом. Я этот дом застала, но потом его тоже сняли и поставили памятник. И от этого дома Шиховых до мельницы (или элеватор) всё была деревня.
Улицы Васенко, Елькина, Красная от улицы Труда до реки – все из одноэтажных деревянных домов с сараями, огородами и палисадниками спускались прям к берегу Миасса. Мы бегали туда ловить рыбу и купаться (еще ходили купаться на Чикинку, но редко, так как это далеко).
Пляж на реке Миасс, 1952
До парка ходил трамвай — «Двойка».
Улица Труда ниже проспекта Ленина. Когда наступала весна, происходило что-то невообразимое: все улицы, перпендикулярные Миассу, превращали в бурные реки. Сооружали какие-то мостки, иначе улицу не перейти. Татьяна Ишукова рассказывала, что весной речка Челябка (ещё не спрятанная в трубу) недалеко от 30-й школы превращалась в поток такой силы, что в нём утонул парень.
Река Миасс была тихая, спокойная. Мы жили на Труда и бегали на другой берег (в «Родину», например) через мост, а зимой — по льду.
Как выглядело тогда Заречье? Тоже большая деревня. Одноэтажная деревянная застройка. Лишь изредка двухэтажные здания. Только три заметны здания: две церкви и кинотеатр «Родина» (теперь органный зал). В кинотеатр мы часто ходили. Зимой через речку по льду.
улица Кирова. 1963 год
За «Родиной» еще не было комплекса «Европа — Азия», а были двухэтажные маленькие магазинчики. Первый магазинчик был вроде кондитерская. Его потом снесли. Почему я помню это место — потому что когда его снесли, там из-под земли торчала рельса, причем непростая, а с надписью «Белосельский-Белозерский». То есть она была старого изготовления. Когда мы купили землю на «Тракторосаде» и строили домик, для потолка нам нужна была рельса. Выбрав нужный момент, чтобы их не поймала милиция, мужики вытащили эту рельсу и увезли.
Всё Заречье было двухэтажные деревянные домики. На Кирова была Центральная библиотека для взрослых. Потом ее перевели.
Перед «Родиной» была довольно большая территория. До революции это был Сенной рынок, потом уже никакого рынка не было. Площадь, где сейчас цирк, была застроена.
До 1974 г. Фото Б. Клипиницера. Из архива А. Золотова
…Я помню первый цирк на площади Павших. Перед цирком тогда был целый микрорайон.
Когда в 1955 году мы переезжали на Коммуны, то недалеко от нас, где сейчас Дом печати, была дроболитейка. Ее перенесли на место перед цирком, которое сейчас залито водами Миасса. А куда она потом делась — не знаю.
…Помню, как ходили в краеведческий музей, который в то время был у Зеленого рынка. Причем мне запомнился один экспонат — надгробная плита декабристу Кюхельбекеру. Как она туда попала и куда потом делась — до сих пор не могу понять.
В. Д. Гайдаш. Ул. Кирова, дом № 60А. Областной краеведческий музей. 29 апреля 1971 г. Из фондов Государственного исторического музея Южного Урала
Хорошо помню Горохова. Он приходил к нам на Труда в библиотеку — и по приглашению, и сам. Читал у нас лекции (например, «Богатства Урала»). Библиотека была рядом, ему надо было только перейти через реку. Он был интеллигент, но одевался простовато. Очень хорошо говорил и очень много знал, мог ответить на любой вопрос. В наших отчетах есть информация, когда и с каким сообщением он выступал.
До филармонии шли жилые дома. Речка тогда была маленькая, мост поуже. Сразу за мостом направо стояло каменное одноэтажное здание, в котором был обувной магазин и керосиновая лавка. Туда я ходила за керосином. Стоило перейти мост — начинался «нормальный» квартал. Более того, там был завод театрального оборудования. Потом всё начали рыть, убирать, вывозить землю, делать заливы. Очевидно, проект реконструкции был ленинградский. Генеральный план Челябинска был сделан ленинградцами. Все красивые здания (оперный театр, кинотеатр «Родина»…) должны были смотреть на нашу «Неву». И оперный театр строился по ленинградскому проекту: всё должно было смотреть на него. А поскольку Невы у нас не было, ее решили сделать хотя бы на этом отрезке. И когда всё это сделали (и цирк при нас строился, я два раза видела, как мост меняют, это уже на моих глазах третий мост), и речка при нас изменилась, построили эти странные набережные, очень высокие, крутые, без спусков. Я думала, почему в Ленинграде через какие-то расстояния есть удобные спуски к воде. Когда я была на курсах в Ленинграде, можно было Неву ручками потрогать. У нас – никак. Если бы кто-то упал с этой набережной, то выбраться можно было только с помощью пожарных. Правда, один спуск был, по-моему, у цирка и где-то у «Родины».
Строительство цирка
Когда убрали все деревянные дома, построили парапет, Дворец спорта «Юность», между Шиховским домом и Дворцом спорта сделали сквер. Но народ туда не ходил, и сквер постепенно превратился в мусорку. Уже намного позднее там поставили песочные фигуры, сделали новую набережную. Город менялся на моих глазах.
Наша библиотека находилась на Труда в невыгодном месте: население тут было «деревенское». А «городское» было подальше, на проспекте Ленина. Но все равно ребята к нам приходили со всего города. К книге было особое трепетное отношение. Не было ещё ни телевидения, ни интернета, ни навороченных телефонов. Однажды заведующая кадрами в министерстве культуры, Сторожко́ Лидия Михайловна, подарила альбом (он хранится в библиотеке), где она нарисовала путь, как добиралась до нашей библиотеки, нарисовала карту, какие книжки она у нас брала.
Улица Спартака. 1950-е годы
Дружила библиотека с детским кинотеатром «Октябрь», что был в старом здании рядом с главпочтамтом. Мы выступали перед сеансами. Кинотеатр снесли. Хотел город построить на этом месте музей нашего земляка – известного режиссера Сергея Герасимова. Долго место пустовало. Потом на этом месте выросла высотка, которая «убила» старую улицу (бывшую Уфимскую, ныне Кировку).
…Когда я начала работать в библиотеке, у нас не было своей партийной организации (нас было слишком мало), всё было при публичке, которая тогда располагалась на Цвиллинга, 7. Это наискосок от оперного театра, второе живое здание, которое еще стоит на Цвиллинга — двухэтажное каменное кирпичное красное здание перед Домом офицеров.
Старое, дореволюционное двухэтажное кирпичное здание. На первом этаже был абонемент, на втором, куда вела крутая лестница, – читальный зал. Пора на нём повесить мемориальную доску: «Здесь 40 лет находилась челябинская областная библиотека». Очень жаль, что сегодняшняя публичка, рассказывая о своей истории, показывает совсем другое здание.
Не все знают, что перед войной было построено на улице Коммуны большое красивое здание для публички. К 7 ноября 1941 года должны были открыться в Челябинске три очень значительных объекта: оперный театр, публичная библиотека и музыкальное училище. Но началась война. В оперный въехал московский завод «Калибр».
Другое здание было построено для оперного театра, но с началом войны в него был эвакуирован завод «Калибр».
Здание публички — четырехэтажное здание с колоннами под публичную библиотеку, выходящее на Коммуны - занял московский часовой завод.
Музыкальное училище на углу Свободы и Ленина стало прядильно-ткацкой фабрикой.
Ткацкая фабрика на перекрестке пр. Ленина и ул. Свободы. 1990-е гг.
После войны освободили только оперный театр. Здание прядильно-ткацкой фабрики давно исчезло. Его хотели отдать картинной галерее, но, оказалось, что его слишком дорого ремонтировать после фабрики. И на этом знаковом месте так ничего и не построено. А здание, которое строилось для публичной библиотеки, осталось за часовым заводом и сейчас стоит и смотрит окнами на аллею Славы. Теперь там банк. Позже всё-таки построили на проспекте здание публички (1963), но гораздо более тесное, чем то, что строилось до войны.
…Оперного театра, когда я приехала в Челябинск, еще не было. Ходили в драматический театр (который сейчас молодежный) и филармонию. Почему-то больше запомнились не музыканты и певцы, а чтецы. Помню Елизавету Ауэрбах, Дмитрия Журавлева (знала бы я тогда, что дочь Журавлёва – актриса «Табакерки» Наталья Журавлёва будет сидеть на моей кухне!). Оперный театр ещё только освобождался от завода «Калибр», который там был всю войну и после.
Я помню таких великолепных чтецов, как Елизавета Ауэрбах, Дмитрий Журавлев. Говорили, что никто так не читает, как Журавлев. Его дочь Наталья была знаменитой актрисой «Табакерки» и невесткой Либединского — женой его сына Саши. Я ее встречала у Либединских, с которыми была знакома. Однажды она звонит мне и говорит: «Мы с «Табакеркой» приезжаем к вам». Не помню, что они играли, но классику. «У меня к вам просьба. У вас есть женщина в городе, ее семья когда-то спасала нашу семью. Если вы ее найдете, сумеете свести со мной, я буду вам очень благодарна. Зовут ее Стелла Давыдовна». А Стелла Давыдовна — учитель английского языка у моей дочки в школе Караковского. Я предупреждаю Стелу Давыдовну, что приезжает Журавлева, а она: «Не может быть!» И у меня даже фотография есть: они сидят на моей кухне, вспоминают прошлые годы. Потрясение: какой тесный мир, до невозможности!
…Ходили в кино. Помню, как была беременная и попала на фильм «Неподдающиеся». Так хохотала, что думала, сейчас рожу. Мы ходили только в «Родину», потому что остальные кинотеатры были далеко.
Кинотеатр «Родина», 1959 г
… На Алом поле есть памятник Ленину. Нас заставляли там каждое лето работать. Потому что этот памятник рассчитан как читальный зал – внизу. Но никто не измерял там температуру. А там чистый погреб! Мороженое можно было хранить. И вот мы в сарафанчиках, с собой берем теплые вещи, валенки, и должны там целый день сидеть и выдавать книжки о Ленине. Несколько лет мы там работали. Читателей было немного, очередей не было. В общем, мы терпели, терпели, и хватит. Теперь там хранят лопаты и грабли. А недавно Лиле Панфиловой позвонил какой-то пожилой гражданин из Питера и говорит: «Почему вы не хвастаетесь таким знаменательным местом, которое у вас есть. У вас же во время войны тело Ленина в мавзолее хранили». – «Кто вам сказал?» Оказывается, он увидел этот памятник, и что ему пришло в голову, что сюда был эвакуирован мавзолей!
Памятник В.И.Ленину в Детском парке (Алое Поле) на проспекте В.И.Ленина, 1960-е гг.
…Когда еще не было построено здание публичной библиотеки, а были деревянные дома, напротив, спиной к «Челябуглю», стоял памятник Сталину. Этот памятник стоял до 1956 года.
Памятник Сталину на пр. Ленина
Еще был памятник Сталину у 50-й школы на улице Сталина (ныне Российская). Потом он исчез. Его нашли в реке и поставили в музее ЧЭМК.
…На Сад-остров я не ходила, но читала о нем у Бориса Ицына. Был такой писатель (его арестовали в 1943 году). Какое-то время он вроде был главным редактором газеты «Призыв». Его жена и дочка работали у меня в библиотеке. Борис Ицын написал книгу «Подростки» — о 1905 годе в Челябинске. Причем он не жил в это время здесь, но, видно, поднял документы. И он рассказывал, что этот остров был таким культурным центром. Потом Сейфуллина подтвердила, что там был театрик, где она начинала артистическую карьеру. Сейфуллину я немножко знаю, так как писала о ней. У нее не было детей, но у ее сестры был внук, которого Сейфуллина стала считать своим внуком. Он впоследствии стал директором дома-музея Чуковского в Переделкино и написал книгу «Голоса, зазвучавшие вновь» (восстановил голоса Льва Толстого, всех, кто ушел, на грампластинках).
…Ездила я на трамвае. А троллейбус ходил по Коммуне, на нашем отрезке он ходил. Когда уже Ленина простроили, его перенесли. У нас отрезок, где Коммуны, 133 наше, оказался мертвым. Только трамвай еще был — «двойка». А троллейбуса уже не было. Позднее, когда добилась для нашей библиотеки еще двух зданий – Энгельса, 61 и Коммуны, 129, вдруг мимо Энгельса, где наше основное здание, стал ходить троллейбус.
В 1954 году наша библиотека получила статус областной, что потребовало расширения помещений и штата. В 1955 году на Коммуны, 133 было построено новое здание под библиотеку, и библиотека переехала туда, а в освободившееся здание заехала библиотека для слепых. Мы жили в одной комнатке — двое детей, двое взрослых и двое родителей, которых я выписала из Балхаша сюда. Поскольку у слепых Брайль, а брайлевский шрифт – это вот такие книги, мы стали им мешать.
В 1962 году нас переселили в хрущевку на ЧТЗ. Это было время строительства «хрущёвок». Мы переехали в микрорайон на пересечении Бажова – Туристов (сейчас «Героев Танкограда»), в Тракторозаводский край. Радости не было предела: второй этаж, три комнаты, балкон, кухня, газ, отопление, ванна, туалет. Сейчас трудно представить, что это было для нас тогда. Было только жаль красивого посудного шкафа, который сделал Игорь на Труда, 108. Он не влезал в маленькую кухню. Пришлось его разобрать. Три окна смотрели на юг, из окна северной комнаты был виден «лес» – Никольская роща, заброшенная и сейчас. Но добираться до работы было далеко, с пересадкой (прямого транспорта в центр не было).
…Когда я приехала в Челябинск, еще и разговора не было о северо-западе. Это было поле, куда мы ходили смотреть самолеты. Там был аэроклуб — маленькое двухэтажное здание (там сейчас улица Красного Урала). Вместо этого поля теперь огромный район.
Северо-Запад, 1960-е
Тополиной аллеи тоже раньше не было. Там была плодоовощная станция. Нас приглашали туда собирать ягоды.
…При нас строился центр города, политехнический. С Коммуны, 133 мы ходили пообедать в общежитие ЧИМЭСХ — двухэтажное старенькое общежитие, в котором внизу была столовая.
Конечно, город за сорок с лишним лет сильно изменился. И сейчас все его видят таким, каким он стал. Но мне хочется еще раз вернуться к тому старому дому с запущенным садом. Чем же он мне дорог? В нем я встретила самого хорошего человека на свете. В этом доме была наша свадьба. Здесь, в комнатке при библиотеке, сделали первые шаги наши дети. Сюда приехали из Казахстана мои родители, чтобы остаться с нами навсегда.
На Труда, 108, я поняла, что выбрала самую интересную и важную работу. Ведь детский библиотекарь соединяет два чуда: ребенка и книгу. Работа наша не приносит много «злата и серебра», ее результаты не меряются тоннами или метрами. Но когда встречаешь бывших читателей, которых мамы еще до войны приводили в детскую библиотеку (а они до сих пор помнят, какие книги тогда читали), становится ясно, что не зря на свете есть детские библиотеки.
64 года я прослужила в одной библиотеке и ни разу не пожалела, что выбрала эту специальность. Детский библиотекарь — самая мирная и самая интересная работа. Радовалась, что позже мне удавалось совмещать основную работу с передачами по телевидению («Встреча с книгой» — 37 лет), с работой на радио («Брось все и читай!» больше двадцати лет). Этот дом и рождение моей большой семьи (восемь правнуков!). Это и начало дружбы с очень интересными людьми (к сожалению, «иных уж нет…»).
А Челябинск за почти 70 лет так изменился, что его не узнать. Совсем на деревню непохожий. Заводские районы слились с центром. Теперь это огромный могучий город, который прирастает новыми жилыми микрорайонами. Теперь с гордостью можно сказать, что Челябинск – достойная столица Южного Урала. И мне повезло быть жителем этой столицы.
Источники:
- Капитонова, Н. А. Истории горожан – 2 : [выдержки из книги «Дайте Наде подудеть!» : [воспоминания] ; фото здания дореволюционной постройки бывшего детского приюта (выделено рамкой). Улица Труда. Середина 1980-х гг.] / Н. А. Капитонова // LIVEJOURNAL : [сайт]. – 2022. – 22 авг. – URL: https://dglivejournal.com/105503.html (дата обращения: 15.04.2026).
- Капитонова, Н. А. Надежда Капитонова о послевоенном Челябинске / Н. А. Капитонова // Государственный исторический музей Южного Урала : [сайт]. – 2022. – 17 марта. – URL: https://chelmuseum.ru/novosti/nadezhda-kapitonova-o-poslevoennom-chelyabinske/ (дата обращения: 15.04.2026).
- Капитонова, Н. А. «Это было море деревянных, в основном одноэтажных домов, с сараями, огородами, садами…» : [беседа с библиотекарем, краеведом, заслуженным работником культуры РСФСР / записали: Д. Г. Графов, Е. А. Казаков] / Н. А. Капитонова // Государственный исторический музей Южного Урала : [сайт]. – 2022. – Янв. – URL: https://chelmuseum.ru/science/articles/more-derevyannyh-odnoetazhnyh-domov-2/ (дата обращения: 15.04.2026).
Источники фото: 1 – https://chelmuseum.ru/; 2 – https://74.ru/; 3 – https://parkgagarina174.ru/; 4 – https://arhistrazh.livejournal.com/; 5, 10 – https://arhistrazh.livejournal.com/; 6 – https://chelchel.ru/; 7, 9, 12 – https://chelmuseum.ru/; 8, 32 – https://arhistrazh.livejournal.com/; 11 – https://nashchelyabinsk.ru/; 13 – https://chelib.ru/; 14, 27 – https://pik174.ru/; 15 – https://nashchelyabinsk.ru/; 16 – https://chelmuseum.ru/; 17 – https://nashchelyabinsk.ru/; 18 – https://nashchelyabinsk.ru//; 19 – https://vk.com/; 20 – https://arhistrazh.livejournal.com/; 21 – https://chelreglib.ru/; 22, 23 – https://pik174.ru/; 24 – https://arhistrazh.livejournal.com/; 25 – https://molnija-ltd.ru/; 26 – https://nashchelyabinsk.ru/; 28, 29 – https://pik174.ru/; 30 – https://archive74.ru/; 31 – https://74.ru/